The Guardian'ın M John Harrison'ın Booker zaferi hakkındaki görüşü: bilim kurguda yeni bir sınır | Editoryal
Özgün başlık: The Guardian view on M John Harrison’s Booker win: a new frontier for science fiction | Editorial
Her Şeyin Sonu permakriz çağımıza uygun bir roman. Tür sınırları geçmişe aittir Margaret nbsp;Atwood'un 2003 yılındaki romanı Oryx ve Crake hakkında New York Times'ta yayınlanan bir incelemede "Bilim kurgu asla büyük 'L' ile Edebiyat olmayacak" diye başladı. Şimdi, görünüşte imkansız olan gerçekleşti - M nbsp;John nbsp;Harrison'un Her Şeyin Sonu Booker ödülünü kazanan ilk bilim kurgu romanı.
Hayranlar bunu uzun süredir marjinalleştirilmiş bir tür için bir zafer olarak selamladılar. Yazarın kendisi o kadar emin değildi. Ödülden önceki bir etkinlikte karakteristik ikonoklazmayla "Bilim kurgu yazmak yapmak istediğim son şey" dedi. Bilimkurgu-edebi ya da “ana akım” kurgu tartışması, bir fantezi destanı kadar sonsuz ve savaşla dolu.
The End of Everything is a novel for our age of permacrisis. Genre boundaries belong to the past “Science fiction will never be Literature with a capital ‘L,’” began a New York Times review of Margaret nbsp;Atwood’s novel Oryx and Crake back in 2003. Now, the seemingly impossible has happened – M nbsp;John nbsp;Harrison’s The End of Everything is the first science fiction novel to win the Booker prize.
Fans have hailed this as a victory for a long-marginalised genre. The author himself was not so sure. “Writing science fiction is the last thing I want to do,” he said with characteristic iconoclasm at an event before the prize. The sci-fi v literary or “mainstream” fiction debate is as endless and battle-strewn as a fantasy saga.
El fin de todo es una novela para nuestra era de permacrisis. Los límites de los géneros pertenecen al pasado “La ciencia ficción nunca será literatura con ‘L’ mayúscula”, comenzaba una reseña del New York Times de la novela Oryx y Crake de Margaret nbsp;Atwood en 2003. Ahora, ha sucedido lo que parecía imposible: El fin de todo de M nbsp;John nbsp;Harrison es la primera novela de ciencia ficción en ganar el premio Booker.
Los fanáticos han aclamado esto como una victoria para un género marginado durante mucho tiempo. El propio autor no estaba tan seguro. “Escribir ciencia ficción es lo último que quiero hacer”, dijo con su característica iconoclasia en un evento previo al premio. El debate entre ciencia ficción y ficción literaria o “convencional” es tan interminable y plagado de batallas como una saga de fantasía.
«Конец всего» — это роман для нашего века пермакрисиса. Границы жанров принадлежат прошлому. «Научная фантастика никогда не будет литературой с большой буквы», — так в 2003 году газета New York Times начала рецензию на роман Маргарет Этвуд «Орикс и коростель». Теперь произошло, казалось бы, невозможное: «Конец всего» М. Джон Харрисон стал первым научно-фантастическим романом, получившим Букеровскую премию.
Поклонники расценили это как победу давно маргинализованного жанра. Сам автор не был в этом уверен. «Написание научной фантастики — это последнее, чем я хочу заниматься», — сказал он с характерным иконоборчеством на мероприятии перед вручением премии. Дебаты между научной фантастикой и литературой или «мейнстримной» фантастикой столь же бесконечны и полны сражений, как фэнтезийная сага.